«Дорогие друзья! Я пришел сюда не судиться (ибо не нахожу за собой преступления, предусмотренного статьей 58), а пришел объясниться перед людьми суда о моем мировоззрении. Вредно ли оно для жизни людей или нет? Поставить ли крест над этим мировоззрением как враждебным для истинной жизни, и всех его последователей судить как врагов, или признать за ними право на существование?
Если люди суда чувствуют, что они компетентны в этом вопросе и желают выслушать, то я с радостью поделюсь моим миропониманием. Если же люди суда чувствуют за собой некомпетентность, но все же желают выслушать меня, то и в таком случае я с радостью поделюсь с ними моим сознанием. Если же вы чувствуете себя несведущими в вопросах метафизики и истинной религии, а все же находите нужным судить по 58-й статье за какую-то «контрреволюцию и агитацию», в суде участвовать я не могу, потому что считаю себя невиновным, и возведенное на меня обвинение считаю необоснованным. Считать себя участником в контрреволюции, не занимаясь никакой политикой, это все равно, что считать белое черным, черное белым, а я хочу называть предметы своими именами. Я не контрреволюционер, если же паче чаяния, людям суда все же будет угодно считать меня каким-то «контрреволюционером» и будут заставлять меня отказаться от моих глубоких  и истинных убеждений, то это будет подобно инквизиционному суду над Галилеем. Ибо я считаю, что своим Высшим Сознанием я открываю для себя не такую истину как Галилей. И суду не придется заставлять меня отказаться от этой Истины мирового значения. И если люди по-своему суеверию отказываются осознать и руководствоваться истинной религией, оправдываемой нашим разумом, нашим Совершенным Сознанием, то сама жизнь заставит признать людей эту Истину, как истину, открытую Галилеем. Если в истине Галилея и есть все же относительность, то в сознании Истинной Жизни нет относительного, по-крайней мере в настоящее время, в пределах постигновения нашим Разумом.
Если люди суда признают обвинительное заключение верным (как и подтверждено обвинителями) и, если захотят заставить меня, чтобы я признал обвинение верным, то повторяю, что я не могу назвать черное белым. Было время, когда я пел «аллилуйя» и «аминь», когда попы говорили: «Бог на небе, а царь на земле, а потому и Бога бойтесь, и царя чтите». Теперь я не хочу петь «аллилуйя», и на вопрос жизни реагирую разумным сознанием. Я пытался беседовать со следователем Ястребчиковым, он должно быть не понял меня, написал про меня: «Контрреволюционер». Пробовал два раза говорить с начальником НКВД Смирновым, не понял и он. Чисто духовное миропонимание считает «дурманом» и «мракобесием», с которым необходимо вести борьбу, просвещая людей «наукой». Меня назвал «контрреволюционером», что и подтвердил своим обвинительным заключением, а в конце этого обвинения поставил свое «веское» слово: «Верно». Вот с этим то «Верно» я и не согласен и называю: н е  в е р н о   и не контрреволюционер. Пробовал обращаться со своими объяснениями в НКВД и во ВЦИК, желая получить отзывы, - нет. Люди не хотят понять или им некогда заниматься такими «пустяками». 
15 ноября я обращаюсь к людям суда. Пишу – судиться не желаю, но объясниться, поговорить о моих убеждениях не отказываюсь. То же самое, не могут понять меня. Суд решил судить меня заочно. Я подумал, что людям суда то же самое, не ценна та Истина, которую я исповедую, и за которую содержат меня под стражей и судят, а ценна статья 58 и написанное обвинение, где несколько раз подтверждается: «Контрреволюционер» и в конце обвинения стоит могучее слово: «Верно». После этого я решил молчать. Не о чем говорить с живыми людьми, имеющими каменное сердце и мертвые души. Я решил молчать и проявлять в душе Сознание Истинной Жизни. Пусть судят, пусть наказывают, пусть даже совсем уничтожат мое эгоистическое «тело», но Разумного Сознания я не отдам за чечевичную похлебку.
Но вот друзья приходят с первого заседания суда и говорят, что прокурор в частном разговоре сказал: «Наша задача не обвинить и засудить вас, а выявить истину».
Я обрадовался, вот этого то мне и хотелось: выявить истину, в том то и заключается наша задача, и сама жизнь требует от нас этого искания Истины. Мы сейчас переживаем время большой важности, отыскиваем точки опоры, чтобы двинуть мир по новому пути. Все силы мы должны напрягать на отыскание общей Истины, общего Руководителя, объединяющего жизнь в одно цельное, разумное, радостное, счастливое. В такое большое важности время (а оно всегда важно) я не могу остаться в стороне. Я хочу внести посильную лепту в строительство нового храма – красоты и величия. Вперед, друзья! К исканию общей, Единой, Разумной, Совершенной Истины. Я в помощь вам. Именно это и заставило меня пойти сегодня сюда для выяснения общей истины. Второй причиной моего прихода это сегодняшний день памяти нашего дорогого друга Л.Н. Толстого. Лев Николаевич всю свою долголетнюю жизнь посвятил на искание Истины. Думаю, что Лев Николаевич и нам поможет; в этом не напрасно произошло такое совпадение: суд, скамья подсудимых, занятая друзьями Толстого, день памяти Толстого, искание Разумного ответа на вопрос о смысле жизни.
Лев Николаевич! Помоги! Ты в этом сведущ! Ты всю жизнь искал общей справедливости. Ты дал большой толчок человеческой мысли. Своим разумением ты заставил людей считать тебя мировым гением. О тебе Ленин сказал: «Толстой – зеркало русской революции». 
Толстой и мне помог искать и понять Истину. Я уверен, что и всем нам Лев Николаевич поможет, если только мы этого страстно хотим не только на словах, но и на деле. А эта помощь есть на лицо: «Наша задача не обвинить и засудить вас, а выявить истину». 
Итак, за дело! Все в нашем распоряжении: люди, разум людей, чувства и желания людей и выработанное тысячелетиями человеческим разумом миропонимание. Будем разбираться во всем критически разумом, не беря ничего на слепую веру. Не брать ничего без всяких оговорок, не верить слепо в авторитеты, в догмат. Вера, принятая без критики разума, будет слепая вера. Без руководства разума можно принять на веру всякий фанатизм, всякое суеверие. 
Итак, разуму первое место и требовать от каждого человека единого разума, ибо разумов не может быть несколько, разум один, а потому только один разум может объединить людей в Жизнь Единую, Разумную, Совершенную. Без Разума-Бога ни до порога, а с разумом – хоть за море.
       
         Яков Драгуновский.                           20 ноября 1936 года»